Санкт-Петербург
+7 (967) 974-28-29
Москва
+7 (916) 777-73-57
ПН-ВС 10:00-20:00
Корзина Корзина пуста

В корзине всё
еще пусто

Игла с ниткой

Текст #000257

Нравственный максимализм героинь Нарлиева и Аймедовой, конечно, не может восприниматься как универсальная модель поведения. Нынешним поколениям, выросшим уже в иных традициях и понятиях, многое видится проще и легче. Однако поразительная цельность и чистота этих женщин даже у склонного к житейским компромиссам современного зрителя вызывает благоговейное уважение. Он понимает, что женщины эти дороже самой жизни берегут унаследованные ими от матерей высокие принципы семейной морали.
Сравнение первой картины Нарлиева с последней его работой показывает в полной мере общественный диапазон современной туркменской женщины. Если в «Невестке» вся жизнь ее ограничена пятачком вокруг одиноко стоящей в пустыне кибитки скотовода, то в «Каракумах, 45° в тени» под ее началом работают тысячи людей, преображающих, как любят говорить журналисты, облик земли. Героиня Аймедовой здесь руководит «Туркменгазпромом», перед нею поставлена сложнейшая задача: помочь закавказским республикам, оказавшимся из-за сокращения поставок газа из Ирана на голодном газовом пайке, в кратчайшие сроки проложить через Каракумы трассу и пустить по ней голубое топливо.
По внешним своим параметрам последний фильм Нарлиева напоминает получившую широкое распространение в наши дни производственную драму. Мы видим на экране деловые совещания, проводимые на разных уровнях, в том числе и в недавно безмолвную пустыню, все фазы работ по прокладке газопровода. Есть, правда, и существенное отличие: в фильмах производственной темы конфликт обычно формируется вокруг методов труда, между представителями противоположных взглядов на суть стоящих задач»
В «Каракумах» же нет подобного противоборства, нет споров по поводу методов работы. В фильме основной конфликт возникает между людьми и стихией: на месторождении то тут, то там возникают пожары, горит газ, его пытаются усмирить, а он, вроде бы утихший, снова вырывается из-под земли языками огня. Фактически львиная доля метража ленты посвящена показу пожара и борьбы с ним.
Нет слов: картины горящей пустыни сняты очень красиво. Нарлиев» кажется, дает возможность оператору X. Триандафилову взять реванш за все те эпизоды в этом и других сия» тых им фильмах, где тот, вынужденный подчиняться авторскому замыслу, сдерживает свой темперамент, работает в скромной изобразительной манере.
Однако кадры пожара в «Каракумах» не ограничиваются функцией показа места действия или воссоздания его атмосферы. Пожар стал в фильме его драматургией, его основным сюжетом. Он, кроме того, задал масштаб всех, остальных компонентов художественного целого. Нюансы человеческих чувств, отдельные истории людей, взаимоотношения между ними, все, что было написано в сценарии и должно было появиться на экране, — все, кажется, сгорело в этом огне. Мы всматриваемся в полыхающее пламя, вслушиваемся в гул то и дело угрожающего взрывом газа — ив результате все остальное постепенно. становится незначительным, мелким, второстепенным.
От такого перекоса в структуре фильма страдает прежде всего центральный образ. Поставленная в экстремальные условия, героиня Аймедовой становится фактически пленницей обстоятельств, не имея возможности остановиться, подумать, ощутить себя женщиной» женой, дочерью своего отца. Лирическое начало, органически присущее Нар лиеву и Аймедовой, в этой ленте вроде бы оказалось лишним: характер событий складывается таким образом, что преобладают драма и эпос. Поэтому в фильме стали проходными те эпизоды, которые, казалось бы, у творческого дуэта Нарлиев — Аймедова должны были вызвать целую бурю сложных, лирически окрашенных чувств: восстание отца против любимой дочери, встреча с односельчанами перед взрывом. Скачать анонимный браузер можно по ссылке http://anonimniybrauser.com/анонимный-браузер/

Товар успешно добавлен в корзину!

Вы можете продолжить покупки, либо перейти в корзину для оформления заказа.

×